Интервью: Почему Собор на о. Крит не стал Всеправославным?

22Главной темой последних месяцев в церковном мире было обсуждение широкой общественностью Всеправославного Собора, запланированного на 19—26 июня на греческом острове Крит. Но буквально накануне его стало известно, что делегация Русской Православной Церкви отменяет свое участие. В чем причина такого неожиданного отказа и как теперь относиться к решениям Собора, который все же состоялся? Об этом мы беседуем с ректором Минской Духовной Семинарии архиепископом Новогрудским и Слонимским ГУРИЕМ.

— Ваше Высокопреосвященство, как Вы восприняли известие об отказе Русской Православной Церкви от участия в работе Всеправославного Собора?

— Известие об отказе от участия в работе Собора я воспринял, как, наверное, и многие, с облегчением. Дело в том, что перед самым его началом возникли непреодолимые разногласия между Поместными Церквами, и стало понятно, что в такой обстановке решать важные вопросы невозможно.

        Несколько Православных Церквей предложили перенести заседание Всеправославного Собора, и по итогам экстренного заседания Священный Синод РПЦ от 13 июня принял решение поддержать их предложение. Было отмечено, что существенные поправки к проектам соборных документов, во многом созвучные с предложениями Русской Православной Церкви, представлены со стороны Грузинской, Сербской, Болгарской и Элладской Православных Церквей, а также Священного Кинота Святой Горы Афон, и эти поправки требуют основательного рассмотрения с целью нахождения общеправославного консенсуса, необходимого для принятия соборных решений.

        Один из самых противоречивых документов — «Отношения Православной Церкви с остальным христианским миром». Несогласие афонитов и иерархов ряда Поместных Православных Церквей вызвали пункты документа, где говорится о поиске утраченного единства христиан. Эту формулировку неоднократно предлагали заменить на более конкретную — «возвращение к истине удалившихся от нее христиан», но это так и не было сделано.

      «Церковь дышит единым дыханием», — писал еще в начале III века Климент Александрийский. Это образное выражение указывает на то духовно-нравственное единство, которое скрепляет членов христианской Церкви. И пока оно не установится, нет смысла собираться для решений церковных вопросов и проблем.

        РПЦ признала невозможным участие в Соборе своей делегации, о чем и был уведомлен Патриарх Константинопольский Варфоломей, которому, кстати, и принадлежит инициатива созыва Собора. В итоге в нем приняли участие 166 делегатов из десяти Поместных Церквей.

— Почему же тогда, Высокопреосвященнейший Владыко, председательствующий на Соборе Вселенский Патриарх Варфоломей заявлял, что решения Собора будут обязательными для всех Православных Церквей, независимо от участия в нем?

— Константинопольский Патриарх — глава Поместной Церкви и имеет такие же полномочия, как и все главы Поместных Церквей. Просто титул «вселенский», который появился во времена Византии вскоре после Четвертого (Халкидонского) Вселенского Собора, сохранился и поныне.

        Константинопольская Церковь имеет сложную и разветвленную структуру. Часть ее находится на канонической территории — в Турции, часть в Греции, однако значительно большая часть рассеяна за пределами этой страны. В Турции на данный момент остается около 3000 православных — главным образом греков старшего поколения. Поэтому Патриарх Варфоломей никак не может быть лицом всего мирового Православия.

        Очень важно достижение общего согласия всех Церквей, но консенсус не был выработан.

        Между тем принцип общеправославного консенсуса является неизменной основой предсоборного процесса, начиная с Родосского совещания 1961 года, на котором по инициативе Константинопольского Патриархата и было определено: «Решения общих собраний принимаются при полном единогласии делегаций Церквей».

        Затем это правило было закреплено Регламентом Всеправославных предсоборных совещаний, принятым в 1986 году: «Тексты по всем темам повестки Всеправославных предсоборных совещаний утверждаются единогласно» (ст. 16). Собранием Предстоятелей Православных Церквей в 2014 году было подтверждено: «Все решения как во время Собора, так и на подготовительных этапах принимаются на основе консенсуса» (Решение Собрания Предстоятелей, п. 2а).

        Тот же принцип установлен в Регламенте организации и работы Святого и Великого Собора Православной Церкви, разработанном Собранием Предстоятелей Православных Церквей в Шамбези 21—28 января 2016 года. Данный Регламент предусматривает среди прочего, что Собор «созывается Его Святейшеством Вселенским Патриархом с согласия Блаженнейших Предстоятелей всех общепризнанных Поместных автокефальных Православных Церквей» (ст. 1).

       «Этого согласия не было ни на состоявшемся в январе Синаксисе, потому что его решения не подписала тогда Антиохийская Церковь, нет его и сейчас, после отказа четырех Церквей от участия в Соборе», — поясняет председатель Отдела внешних церковных связей Московского Патриархата митрополит Волоколамский Иларион. Следовательно, то, что при таком положении вещей Собор все же был созван, произошло в нарушение Регламента. Озвученные автокефальными Церквами проблемы были проигнорированы. А в сжатые сроки они не могли быть разрешены.

        Перед Поместными Церквами стоит ряд вопросов по унификации и универсализации ряда практик, выработке совместного и единого отношения к ряду проблем современного мира. Изначально таких вопросов было сто — действительно актуальных и важных, которые нужно решить Церкви. Но постепенно список этот редел, уменьшался, и в конечном итоге все главное нивелировалось, вынесенные на обсуждение документы бессодержательны.

        То есть Собор, учитывая масштабы и проблемы мирового Православия, выше статуса совещания, пожалуй, не поднялся и его решения не могут иметь всеправославного значения. Очевидно, что Всеправославным Собор назвать никак нельзя.

        Итогом мероприятия, проходившего 19—26 июня на греческом острове Крит, стало принятое Послание, в котором присутствующие высказали свою позицию по основным мировым проблемам.

        В нем Православные Церкви также выступили в защиту прав человека и против их нарушения со стороны государства. Кроме того, участники призвали прекратить военные действия на Ближнем Востоке и осудили разрушения христианских памятников и убийства.

        Было принято решение о том, что «Святой и Великий Собор становится постоянным органом Православной Церкви». А еще в Послании заявлено, что Православная Церковь — это не федерация церквей, а единая структура.

        Что, нужно сказать, вызывает вопросы, поскольку в Соборе на Крите не принимали участия представители Русской, Антиохийской, Болгарской и Грузинской Православных Церквей, паства которых составляет две трети православных верующих.

— Владыко, в современной жизни все быстро меняется. Новый мировой порядок пытается стереть все границы — политические, экономические, духовные, и трудно выстоять в вере при всеобщей глобализации. Может, Соборы как раз и нужны для объединения православных?

— Безусловно, нужны с учетом того, что Церковь наша соборная. Проведение всевозможных встреч, совещаний, обсуждений мне видится нормой церковной жизни, а Собор, думается, может быть тем органом, центром, который вместил бы все Поместные Церкви мира. Но только в согласии и единомыслии, а не при наличии разногласий между Церквами.

        Сегодня новый мировой порядок (а это стремление ко всеобщему господству) пытается привить людям антихристианский дух — новую этику, новое мировоззрение и образ жизни, чтобы впоследствии создать и единую мировую религию.

        Мешает этому радикальному антихристианству духовный стержень — Православная Церковь Христова. Будем же усиленно молиться Господу, чтобы никакие политические воздействия не омрачали благие начинания.

 

С архиепископом Новогрудским и Слонимским ГУРИЕМ

беседовал протоиерей Вадим КУЗЬМИЧ,

г. Новогрудок 

 
 
 

28.06.2016